Оказалась в такой небольшой комнате, с упругим воздухом. В углу сидел голый деникинец, огромный, лохматый, с широкими пальцами – одним взглядом мог банку варенья открыть. На коленях держал баян и топор в майонезе. Вдруг очень резко зазвучала песня, и сразу стало понятно – не песня это вовсе, а кусок земли. Деникинец очень старался, с такой страстью ждал припева, всеми ребрами его ощущал. Но на припеве приходил броненосец, засовывал голову в баян, и песня ломалась.
- Да, он груб! Хамоват и поет, как лосьон. Но никто, слышите! Никто не умеет так встречать рассвет, как он. Таким открытым, словно весь мир танцует вокруг его сердца, - сказал броненосец шелковым басом.
И мне до всего стало так приятно все равно. Глаза закрывались, перед лицом мелькал кто-то рыжий в диоптриях. Но до этого тоже было все равно. Потом он взял за шею и тонким языком рассек тело по диагонали – от плеча до талии. Ощущение было, будто в соседней комнате киви разрезали.
( Read more... )

Луис Канн сидел на воскресной службе в первом ряду, постепенно руки его начали уставать от подзорной трубы и подростковой осанки. Рядом сидела женщина с поросенком на руках, поросенок доедал обои и был доволен пристальным вниманием.
- Да, ужасно дела! - отвечал Луис знакомому режиссеру, не отрываясь от подзорной трубы. - Вчера рисовал грязные картинки про одноклассниц, очень старался, потом даже голым перерисовывал, а получилось так мило, хоть добавляй восьмерочку с мимозами и вручай открыткой.
Миссис Адамс, жена пастора, бросила банановую кожуру возле трибуны, чтобы разрядить атмосферу, и решила, если никто не подскользнется, пойдет и сама упадет.
Пастор, Мистер Адамс, потерял надежду, что эту трапециевидную мышцу можно будет когда-нибудь увидеть и задумчиво жарил мидии. ( Read more... )

- Девочки, а как вам сегодняшняя партия свеклы? Я вот с удовольствием разгружала. Такой подъем, такая энергия!
- Такая динамика вальса! Совершенно другой уровень, у меня никогда подобного не было. А вторая тонна - просто как предчувствие, как голос высших сфер. Я тогда не выдержала и позвала вас вечером на реку, дельфинов борщом кормить. Такое откровение.
- Слушаю вас, и слова прохладной волной по ушам пробегают. Когда ту партию привезли, я только выложила дынями вертолёт и прокусила лом. И тут - ноги подкосились. Перед глазами наш вечер, томление скал, треск проводов и мы, все в накрахмаленном. Я бы хотела с вами выпить и пойти мороженых кальмаров сортировать.

( Read more... )

Баба-обценьки вже тричі сьогодні врятувала юніверс за домогою доброго серця і відпиляної батареї, тепер їй хотілося відчути себе жінкою. Обценьки пішла у ліс, стрибати з дівчатами через вогонь, але там швидко стало нудно, і вона знову прийнялася думати про глобальне. Потім замріяла і якось непомітно опинилася на рівні супергероїв.
- О, а ти що тут робиш? - спитав Бетмен, стоячи у вигідному для своєї фігури світлі. - Відпочіла б краще! Поїхала на фестиваль сором'язливих байкерів, або на пленер, зараз всі кротів малюють, дуже трендово.
- Ти ж мене знаєш, не той розмах. У мене в середині такі масштаби розгортаються, таку силу відчуваю, неначе можу врятувати цілий... Ну, не знаю. Цілий завод борщу!
- Ц. Ти їх вже чотири за тиждень врятувала. Люба, зупинись. Локалізуй свою енергію, зроби щось маленьке.
- Півзавода врятувати?
-Люба! Зконцетруйся. В тебе врешті є призначення! Обценьки, ну для чого тебе зробили?
Жіночка миттю опинилася на землі:
- Точно! В мене ж є мета, я ж функціональна баба, - її погляд натрапив на цвяхи, криво вбиті в телевізор. Вона радісно підірвалася, ахнула і забила цвяхи рівнесенькими рядами.
-Обценьки, дорогенька, ти де? - з'явився на порозі Сергій в костюмі головного інженера шпалерної фабрики. - Не допоможеш, мені тут горішок треба розколоти.
- Ну, звичайно! - сказала Баба, відчувши своє призначення і лупанула по горіху парадними дверима.

Кришна и Трудовик сидели возле груды паспортов и высматривали горизонт.
- Неа, не видно. Сначала два магистральных квартала, потом выстроенные паспортами балконы, а в конце что-то со встречным предложением.
-Ладно, дальше не рассматривай, сейчас опять увлечемся и пропустим пару завтраков. - Трудовик уверенно стал на облако, поправил рюкзак и продолжил, - значит, вот что, нам нужно наконец сосредоточиться и решить главную задачу - кому мы забыли вручить подарки на 8 марта?! Надо просто взять и выбрать два паспорта!
Кришна стряхнул кусочки пирожного с туристического свитера красивой крупной вязки и кивнул.
- Я пока кивал, песню написал про 8 марта. На втором куплете она превращается в канатную лестницу, отличная вещь в дороге! Всё! Не отвлекаюсь! Нужно выбрать!
- Давайте я выберу! - сказал Девид Линч, появившись на столе с поленом и стеклянной бутылкой "Тархуна".
( Read more... )

- Гиви! Гиви, ты спишь? - Аркадий тихонько водил рогами по паспорту, хотя чудовищно хотелось прыгать по ящикам шампанского.
- Сплю. Ну, что опять?
А мне, знаешь, приснилось, что сижу на троне, курю, а напротив - князь по связям с инвесторами - романтично так вермишель ест. Думаю, все, сейчас доест, женится и уедет. И страшно так стало, слезы душат, вся последняя колонка со спортом заплыла, так и не дочитал. Проснулся слабенький.
-Аркаша, ты опять, что ли, у соседей спал? Они же всякую дрянь на ночь смотрят. Не бери в голову. Сейчас погуляем по Мадриду, мэра покормим, может, на фрезеровочный зайдем. Развеемся. ( Read more... )

- Успел! - сказал молодой человек, влетая в обувной, словно двери сейчас закроются и магазин двинется по маршруту. Потом поулыбался, сел и начал ждать дискотеку.
Этот был самый странный из всех, заполнивших обувной за полчаса по московскому времени. Все ждали дискотеку, но делали вид, что пришли посмотреть на креветок с балкона. Надо отменить, здесь был лучший вид побережья. Легкое здание притягивало кремовым свечением на восьмом с половиной километре оторванного серпантина. Из окон открывались успокаивающие горизонты, а каждые 2 часа в любой точке могли появиться кеды.
Посетители перестали наблюдать за креветками и занялись кто-чем, но это им быстро надоело, и снова принялись за креветок.( Read more... )

Пока заполнялась аудитория, Ира нарисовала двух сложных электриков и кефир. Это была ее любимая лекция в окрестностях гостиницы, и так много людей в красивых очках собиралось только в лифте супермаркета.

- О, мои фавориты пришли, - окинула Ира взглядом двух парней. Один был похож на человека, способного засунуть вермишель в розетку, второму бы пошла роль "Принцессы на горошине". - Вечно их путаю. ( Read more... )

- Сколько можно, а? Вы на часы смотрели? - стучала Вика консервной банкой по батареям, интуитивно ожидая развитие диалога.
- Ваше величество, ну довольно, уже все готово, пора начинать.
- А, ну да! Праздник диаметра Андромеды. Вот это построение в форме шара мне очень! Очень нравится! Даже площадь как-то преобразилась, начиная с третьего этажа. Все, можно открывать праздник. А что, сегодня ожидается прибытие шокированного гостя? Отлично. Опять созвездие Трезвого Ипполита? - Вика сорвала этикетку с пространственной двери - из другого измерения заструился кокетливый яркий свет - потом включила вентилятор и подошла к гостю. ( Read more... )

Ира уже с утра почувствовала, что забыла название этого своего стратосферного завода и принялась общаться с чашкой кофе:
- Ну, и что? Название халвы я тоже как-то забыла, но смело открыла холодильник и съела все на букву "ха", - на этой мысли взбодрилась и поехала на работу.
Здание завода кружилось утренним туманом, напоминая издалека аромат хлеба.
- Доброе утро, все хотела спросить - а как наше предприятие называется? - радостно поинтересовалась Ирочка на проходной, и как только робот-гитарист начал отвечать, включила плеер и стала на эскалатор. Ступеньки сложились в одну плоскость, мягко пролетев 11 этажей, потом сузились до дверного коврика и постучали в кабинет. "Лаборатория ударной мотивации" открывалась светлым пространством, с порога предложила кофе, булочку и погладить наглого персидского кота.
( Read more... )